ГЛАВА II - ЖЕЛЕЗЫ И ПОВЕДЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА - Часть 2
7. Половые железы — расположены в нижней части живота, секреция — гормоны мужских яичек и женских яичников.
Половые железы — это железы внешней секреции, но известно, что у них есть и внутренняя секреция. Их грубая секреция является средством воспроизведения. Нет нужды распространяться о действии половых желез на личность. Сексуальный импульс и его различные дополнительные действия, как физические, так и психические, хорошо отслежены и отлично изучены, и эти исследования, особенно исследования извращений и подавления, оказались чрезвычайно важными для понимания человека. Некоторые психологи относят все человеческие реакции — физические, эмоциональные и ментальные — к сексуальным и только сексуальным, и мы, далекие от крайних позиций, знаем, что в этом есть доля истины. Другие рассматривают секс как играющий важную роль, но отнюдь не ответственный за все. Восточная мудрость предлагает интерпретацию, которая требует размышления о роли силовых центров и их связи с железами.
Исходя из всего изложенного и с учетом книг и статей по этому предмету констатируем в качестве краткого резюме следующее.
[51] Изучение предмета в целом находится на экспериментальной стадии, и многое еще остается сделать. Однако ясна тесная связь между железами и наличием у них сходных функций; большинство их влияют на метаболизм и рост тела и похоже, что все они тесно связаны с половой жизнью. Наконец, они явно определяют тип и темперамент личности.
Экспериментальной науке представляется, что человек осмыслен с помощью психоанализа и, наконец, понят. Неуловимые, неосязаемые процессы под названием эмоции и ментальные концепции оцениваются в терминах материи. Действием желез и нервной системы, плохим или хорошим развитием и функционированием человеческого аппарата контакта и отклика объясняется всё то, чем человек является. Из святого можно сделать грешника, а из грешника святого, если только добавить или убавить некоторые внутренние секреции. Таким образом, человек не лучше и не хуже, чем оснащение, с которым он приходит в мир, а его механизм — это он весь. Он может улучшить его или злоупотреблять им, но этот аппарат — определяющий фактор. Свободная воля устранена, и бессмертие отрицается. Лучшее, что человек может, — это вести себя так, чтобы быть счастливым, и с полной ответственностью выстраивать лучшие тела, чтобы следующее поколение удостоилось лучшего психического проявления.
Соглашаемся мы с этими выводами или нет, мы должны по крайней мере признать, что, всесторонне исследуя механизм, [52] в конце концов будет возможно выяснить законы и методы, при помощи которых можно конструировать совершенные тела, которые, в свою очередь, могут быть инструментами, через которые сможет функционировать совершенная психическая природа.
Но являются ли все эти выводы об эндокринных железах действительно верными? Действительно ли человек, в общих чертах, классифицирован и систематизирован и остается только заполнять графы в соответствующих бланках? Кто может сказать? Но, по-моему, ответ вытекает из двух вопросов или групп вопросов: одного, относящегося к индивидууму, другого — общего.
Что касается индивидуума, то являются ли железы и функции желез первичными причинами или же они только следствия или средство? Разве, в действительности, не существует нечто большее, находящееся по ту сторону? Разве нет в каждом из нас души, которая функционирует через весь физический и психический механизм в целом? Короче, не был ли прав святой Павел, говоря, что человек имеет природное тело и духовное тело, и внушая, что слава природного тела — одна, а слава духовного — другая?
Второй, более широкий вопрос, заключается в том, является ли простой механизм началом и концом всякого существования, а нашей единственной путеводной звездой – совершенствование этого механизма? Тогда уж, действительно, “будем есть и пить, ибо завтра умрем”. Разве дело обстоит не так, что в нас существует не только тонкое “я” — называйте его духом, душой или чем угодно — но что само оно образует часть трансцендентного целого — называйте его религиозно Богом, Превышней Душой по Эмерсону или как-то [53] иначе — но в любом случае трансцендентного целого, слава и сияние которого превосходят всякое разумение? Разве мы никогда не соединимся с Тем, притом что жажда такого соединения влечет нас вперед? Разве это тленное никогда не приведет к нетленности или это смертное никогда не приведет к бессмертию? Разве смерть никогда не будет попрана с торжеством?
Для ответа на эти вопросы обратимся к Мудрости Востока.